Неудачное выступление разозлило Борзаковского

Борзаковский - Пекин 2008Олимпийского чемпиона Афин в беге на 800 метров Юрия Борзаковского неудачное выступление на Играх в Пекине, где он не сумел пробиться в финал, только разозлило и мобилизовало. атлет продолжит спортивную карьеру и планирует показать достойный результат в 2012 году в Лондоне, сообщает «Весь спорт».

— Что в Пекине все-таки было не так? Что помешало показать ожидаемый и планируемый результат?

— Я больше всего думаю про акклиматизацию. У меня обычно, куда бы и когда я не прилетал, самым тяжелым всегда получается пятый день. И в Пекине бежать в полуфинале пришлось именно на пятый день после переезда из Иркутска. Плюс погода, конечно, повлияла.

Она менялась каждый день. В четвертый было плюс 35, в пятый же стало всего плюс 20 и дождь. А у меня в дождь голова всегда просто раскалывается. На дистанции было очень тяжело. Морально, психологически я настроился, но мышцы меня подвели. Совершенно не слушались. Откровенно говоря, я еще на разминке перед полуфиналом почувствовал, что ноги очень тяжелые. Первые 400 метров в забеге пробежал за 50 секунд, а в полуфинале — за 54 секунды. Причем, дались они мне намного тяжелее, хотя темп был не мой, очень нудный.

— Но до определенного момента в полуфинале казалось, что вы контролируете забег и выйдете в финал напрямую, вторым.

— Я тоже думал, что контролирую. Поначалу даже хотел сэкономить силы для финала, но на финише выкладывался по максимуму. Думал, все нормально будет, выйду напрямую, вторым. Но в последний момент выскочил этот кубинец Лопес.

— На отборочном чемпионате России в Казани вы говорили, что титул олимпийского чемпиона на вас не только не давит, но даже раскрепощает — мол, доказывать надо другим, а не вам.

— Так все и было. Это не значит, что я не хотел или не планировал победить. Но настрой действительно был очень спокойным, уверенным. Я ехал на свою очередную Олимпиаду, где должен был хорошо выступать и реализовать свой потенциал, потому что готов был очень хорошо. Но — не получилось.

— Разочарование было сильным?

— Я понимал причины — почему это произошло, которые рассказал. Это успокаивало. Немного. Разочарование, конечно, было огромным. При первой же возможности мы уехали в аэропорт, улетели в Москву. Ни с кем не хотел общаться. Тяжелые моменты бывают у всех, и для меня таким стал день моего олимпийского полуфинала в Пекине — 21 августа. Мы четыре года готовились именно к этому старту, и в один момент все оборвалось.

— На эмоциях не хотели все бросить и объявить о завершении карьеры?

— Наоборот, меня неудачи только злят и мобилизуют. Вспомните Олимпиаду 2000 года. Я тогда финишировал в финале шестым. Меня это так разозлило, так настроило на работу, что буквально через полгода я выиграл зимний чемпионат мира в Лиссабоне. Причем, в финале победил с преимуществом в две секунды. И сейчас, после короткого периода разочарования и осмысления, мне хочется только еще больше тренироваться, еще больше отдавать себя спорту, чтобы доказать случайность всего произошедшего в Пекине.

— Скажите, а как вам олимпийский финал на 800-метровке?

— Финал я, кстати, еще не видел. Мне рассказали, что там было, что забег получился тактическим... Я очень рад и где-то даже счастлив, что победил мой хороший друг Уилфред Бунгеи из Кении. Считаю, Бунгеи был единственным человеком из финала, достойным выиграть Олимпийские игры. Он ведь бегает на высоком уровне уже 10 лет. «Дед» уже.

— Позвонили ему, поздравили?

— Лично мы еще не общались. Я звонил ему домой, трубку взяла, наверное, жена, сказала, что Уилфреда нет дома. Я обещал перезвонить позже, но закрутился, и все никак не могу набрать снова.

— Финал на 800 метров в Пекине вообще получился странным. Кроме вас не отобрались и обладатель лучшего результата сезона в мире Абубакер Каки из Судана, и ваш давний соперник Мбулаени Малаудзииз ЮАР. С чем это связано?

— С Каки я разговаривал после полуфинала, специально подошел спросить, в чем дело. Он ведь финишировал последним в своем полуфинале. Каки ответил: «Не знаю, как-то не пошло — и я решил не упираться». Малаудзи даже не видел. Он тоже бегает на высоком уровне уже 10 лет, хотя старше нас с Бунгеи. Может, уже возраст сказывается, может, просто неправильно подвелся, может, акклиматизация или погода повлияли. Все может быть. Но Каки и Малаудзи — это еще не все. Тот же Юсуф Камель из Бахрейна перед Олимпиадой пробежал в Монте-Карло за 1,42, а в Пекине кое-как по времени попал в полуфинал, потом также по времени отобрался в финал, где занял пятое время. А ведь имел второй результат сезона в мире! Насколько я знаю, все мы приехали в Пекин за несколько дней до старта, а молодежь, в основном и составившая финал, едва ли не за две недели. Я, благодаря предолимпийскому сбору в Иркутске, по времени вроде бы акклиматизировался нормально, в Пекине спал спокойно, но явно не рассчитывал, что так сильно будет меняться погода.

— Как сейчас себя чувствуете?

— Нормально. Тренируюсь. 2 сентября бегу в Лозанне. Постараюсь там показать все, что в нынешнем сезоне наработано, но пока не реализовано. Потом должен быть еще один старт, но по нему ясности пока нет.

— А как вообще с настроем, с мотивацией? Чего ждать вашим болельщикам в будущем?

— В следующем году в Берлине пройдет чемпионат мира, буду готовиться. И, конечно, уже думаем с тренером об Олимпийских играх 2012 года в Лондоне. Четыре года пролетят быстро. Сейчас оглядываюсь на четырехлетие между Афинами и Пекином — как будто месяц прошел. Вроде бы Афины были только вчера, а вот — уже и Пекин прошел. Каждый год будем пытаться так распределить свою форму, чтобы на пик выйти именно к главному официальному старту.

— То есть, амбиции у вас еще остались?

— Амбиций — вагон и маленькая тележка. Сколько было перед Пекином, столько, увы, и осталось. Но теперь к ним добавилась хорошая спортивная злость. Теперь для меня это дело чести: доказать, что все случившееся на последней Олимпиаде — случайность.

— Поддержку чувствуете?

— Со стороны людей, которые способны повлиять на мою подготовку, к счастью, абсолютную. После моего возвращения из Пекина позвонил губернатор Московской области Борис Всеволодович Громов. Сказал, чтобы я не расстраивался, что спады бывают у всех, что я и дальше должен спокойно тренироваться и выступать.

— А как вас встретили сыновья?

— Спросили: «Папа, а ты чего это только третьим прибежал?» Я ответил: «Приболел немного». Они успокоили: «Ну, ничего, поправишься, в следующий раз прибежишь первым». Они у меня с пониманием относятся. В отличие от некоторых.

Источник: Спорт-Экспресс

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *