Филипп Бойт — лыжник из Кении

Новости спорта

Филипп БойтПредлагаем вашему вниманию интервью, возможно, с одним из самых известных лыжников современности. Знакомьтесь, участник трех Олимпиад Филипп Бойт. Гражданство — Кения.

Бойт — главный любимец публики и гвоздь программы любых соревнований. У него в друзьях ходит сам лыжный Царь Бьорн Дэли. Про него слагают легенды и придумывают анекдоты.

Бойта знают все. Даже те, кто наивно полагает, что никогда не слышали о таком человеке. Потому что он тот самый кенийский лыжник, появление которого на Олимпийских играх в Нагано стало, возможно, одним из самых ярких событий Белой олимпиады-1998. А сцена на финише 10-километровой гонки вошла во все исторические хроники. Церемония награждения призеров, телевизионные трансляции на весь мир с их дорогостоящим эфирным временем были безжалостно сдвинуты по времени ради того, чтобы победитель — будущий восьмикратный олимпийский чемпион Бьорн Дэли — мог обнять щуплого кенийского парня, решившегося бросить вызов самой Природе.

Когда Бог создавал мир, он строго-настрого запретил проводить в Кении лыжные гонки. И оттого в Кении не бегают на лыжах. Более того, далеко не каждый кениец вообще подозревает о существовании этого нехитрого спортивного инвентаря. Впрочем, это не остановило в свое время двух горячих африканских парней — Филиппа Бойта и Генри Битока — от осуществления заветной мечты.

Чтобы заработать себе на первые лыжи, Генри долго трудился на банановых плантациях. Чем зарабатывал на свои лыжи Филипп, доподлинно неизвестно. Зато история трепетно хранит исход первого в истории Кении отборочного турнира за право участвовать в олимпийском турнире в Нагано между двумя лыжниками — Бойтом и Битоком. Если верить тогдашнему председателю Олимпийского комитета Кении, уважаемому Чарльзу Мукоре (а какие мы, собственно, имеем основания ему не верить?), то Бойт опередил своего принципиальнейшего соперника всего на несколько секунд. Так в острейшем противостоянии родилась Легенда.

История о том, что Бойт, 26-летний на тот момент парень, в олимпийском Нагано впервые в жизни увидел снег, разумеется, не имеет никакого отношения к правде. Потому как доподлинно известно, что Бойт увидел снег двумя годами ранее, в феврале 1996-го, когда впервые приехал в Финляндию, которая вскоре стала для него второй родиной. А еще известно, что у Бойта, непривычного к минусовым температурам, на второй день после приезда стали слезать ногти на руках и ногах.

Его карьера развивалась, можно сказать, стремительно. После Нагано Бойт принял участие в чемпионате мира в Рамзау где занял почетное последнее, 92-е место на «десятке» классикой. Потом была Олимпиада в Солт-Лейк-Сити, где Бойт по странному стечению обстоятельств не сумел преодолеть отборочное сито в спринтерском турнире. В Турине-2006 его поджидала 15-километровая гонка коньком, где он, наконец, продемонстрировал прогресс, финишировав 91-м из 97 участников. На чемпионате мира-2007 в Саппоро Бойт проявил себя настоящим универсалом, стартовав сразу в трех разноплановых гонках спринте, дуатлоне и коньковой «пятнашке», где также потрепал нервы фаворитам, финишировав 112-м из 117 лыжников.

Вот и в Либерец Бойт приехал с самыми амбициозными планами. И его здесь ждали! Каждый подъем Филиппа в гору в ходе воскресного дуатлона сопровождался громовыми овациями и воплем тысяч глоток, которые в Чехии, если вы на соревнованиях, жалеть не принято. Каково же было всеобщее разочарование, когда Филипп неожиданно сошел на втором круге! В поисках истины к кенийскому лыжнику, понуро бродившему в окрестностях трассы, устремился спецкор «СЭ».

— Филипп, почему так рано сошли?

— Не мог больше бежать. Мои лыжи были отвратительно приготовлены. На них постоянно налипал снег, и на одном из подъемов я даже вынужден был остановиться, чтобы счистить его острием палки. Иначе я никогда в жизни на подъем не поднялся бы. Не знаю, в чем тут дело. Когда я бежал квалификацию перед гонкой на «пятнашке», лыжи работали отменно.

— Кто их вам готовил?

— Мои друзья из сборной Финляндии. Я сейчас хочу дождаться окончания гонки, чтобы задать им ряд вопросов. Никого не хочу обижать, они мои друзья, но я не могу понять, почему я практически не мог двигаться.

— Сильно расстроены?

— Еще бы! Скажу больше — возможно, сегодня я провел худшую гонку в своей жизни. Даже когда дебютировал в Нагано, выступил куда как лучше.

— Вы до сих пор удивлены тем, насколько тепло вас принимают зрители?

— Ой, как они болели за меня сегодня! Они болеют гораздо лучше, чем я бегаю. Серьезно, мне очень стыдно за то, что я так бездарно бежал у них на глазах. Я снялся еще и оттого, что не хотел больше позориться. Хочу, чтобы у всех этих людей, которым я очень благодарен, остались обо мне хорошие воспоминания.

— Вы решились бежать 30-километровый дуатлон. А какой стиль больше предпочитаете классический или коньковый?

— Вы так меня спрашиваете, как будто я восходящая звезда мировых лыж. Но если вам действительно интересно, то я больше люблю классику.

— Вы по-прежнему тренируетесь в Финляндии?

— Да. На самом севере страны. У меня там живут друзья. Если бы не их помощь, меня здесь не было бы.

— Это ваш третий чемпионат мира. Почему между Рамзау-1999 и Саппоро-2007 вы сделали столь большой перерыв?

— Для того чтобы тренироваться в Европе, нужны средства. Иногда на поиск спонсоров уходит слишком много времени. Когда денег нет, я остаюсь в Кении и просто занимаюсь физической подготовкой. А на лыжи я встаю в лучшем случае один месяц в году.

— Сложно найти спонсора в Кении?

— Вы себе представить не можете! У нас мир сошелся на бегунах. Все остальное людей практически не интересует. Вы как-нибудь попробуйте объяснить человеку из Кении, что такое чемпионат мира по лыжам. Хотя сначала нужно будет объяснить ему, что такое снег. Многие по-прежнему не видели его ни разу в жизни. Но даже если человек видел снег, он просто не может представить, что по нему нужно бегать. По версии подавляющего большинства кенийцев, вы тут все сумасшедшие.

— Как же вы, Филипп, выживаете в такой атмосфере финансового недоверия?

— Мне помогает Олимпийский комитет Кении. Вот там люди соображают, что к чему. Скажем, на этот раз они оплатили мне дорогу проживание, питание. В общем, они меня поддерживают, говорят: «Давай, Филипп, ты нужен стране!» Но проблема в том, что я не могу много тренироваться на снегу. А месяца, чтобы хорошо бегать, мало. Катастрофически мало. Нужно проводить на лыжах хотя бы 3 — 4 месяца, чтобы попытаться составить хоть какую-то конкуренцию всем этим парням.

— Когда мы увидим на чемпионате мира эстафетную лыжную команду из Кении?

— А вот и впрямь увидите! Когда закончу бегать, а это наверняка произойдет после Олимпийских игр в Ванкувере, то займусь набором детей в «лыжи». Сейчас у меня есть группа ребят, которые бегают на лыжероллерах по асфальту. Буду общаться со своими друзьями из Европы, чтобы те помогли вывезти моих мальчиков в Европу на подготовку. Без Европы ничего не выйдет. И лет через 10 — 15 мы теоретически можем сколотить крепкую команду.

— В Кении есть замечательная высокогорная база в Эльдорете, через которую прошли так или иначе все выдающиеся кенийские бегуны. Вы там тренируетесь?

— Конечно! Я ведь живу в тех краях. Вы правы, в Кении нет ни одного серьезного спортсмена, который не бывал бы в Эльдорете. Я не исключение.

— Кого из российских лыжников прошлого и настоящего вы знаете?

— Данилову, Вяльбе. Правда, я не знаю, бегают ли они еще или нет? Ах, закончили. Еще помню моего хорошего друга Прокуророва. Но он уже закончил бегать, я это точно знаю.

— Мне жаль вам об этом говорить, но он погиб в октябре.

— Да не может быть! Господи, он же был моим другом... Мне очень жаль. Я был все это время в Кении и ничего не слышал. Я помню, как мы обменялись с ним майками в Солт-Лейк-Сити. Он был так добр ко мне. Мне очень жаль.

— Филипп, вы...

— ...Извините, я, пожалуй, пойду в помещение. Начинаю замерзать.

Сергей Бутов из Либереца, «Спорт Экспресс»

Обсуждение закрыто